Пространственная изменчивость температуры и солености (на поверхности, 100 м и дне)

Temperature sampling equipment. Photo: Norwegian Polar Institute

Метеорологические и океанографические условия 2018
Typography
  • Smaller Small Medium Big Bigger
  • Default Helvetica Segoe Georgia Times

Температура поверхности моря (ТПМ) (http://iridl.ldeo.columbia.edu) усредненная по юго-западной (71–74° с.ш., 20–40° в.д.) и юго-восточной (69–73°с.ш., 42–55° в.д.) части Баренцева моря свидетельствует о том, что в течение 2018 г. в обоих районах преобладали положительные аномалии ТПМ (относительно базового периода 1982–2010 гг.) (рис. 3.1.9). Максимальные положительные аномалии (> 2,0°C) отмечались в юго-восточной части моря в июле – сентябре; декабрьская аномалия ТПМ в этом районе достигла рекордного значения с 1982 г. Наименьшие положительные аномалии (<0,5°C) наблюдались в юго-западной части моря в апреле, мае и июле, а также в юго-восточной части с марта по июнь (рис. 3.1.9).


Рисунок 3.1.9. Аномалии температуры поверхности моря в западной (сверху) и восточной (снизу) частях Баренцева моря в 1985–2018 гг. Синяя линия показывает значения за месяц, черная – скользящее среднее значение за 11 месяцев. Рисунок 3.1.9. Аномалии температуры поверхности моря в западной (сверху) и восточной (снизу) частях Баренцева моря в 1985–2018 гг. Синяя линия показывает значения за месяц, черная – скользящее среднее значение за 11 месяцев.

Совместная российско-норвежская экосистемная съемка была выполнена в Баренцевом море в августе-сентябре 2018 г. Температура поверхности была в среднем на 1,0°C выше среднего многолетнего значения (1931–2010 гг.) на всей акватории Баренцева моря (рис. 3.1.10). Максимальные положительные аномалии (>2,0°C) наблюдались в основном в юго-восточной части Баренцева моря, а также к западу и северу от архипелага Шпицберген. Небольшие отрицательные аномалии имели место в основном в некоторых районах в юго-западной части моря. По сравнению с 2017 г. температура поверхности была выше (в среднем на 1,0°С) в южной и северной частях исследуемого района, особенно к северу от архипелага Шпицберген, и ниже (в среднем на 0,7°С) – в западной и центральной частях, особенно к западу от архипелага Шпицберген (рис. 3.1.10).


Рисунок 3.1.10. Температура поверхности (°C) в августе–сентябре 2017 г. (вверху слева) и 2018 г. (вверху справа), ее разница между 2018 и 2017 гг. (внизу слева, °C) и аномалии в августе–сентябре 2018 г. (внизу справа, °C).Рисунок 3.1.10. Температура поверхности (°C) в августе–сентябре 2017 г. (вверху слева) и 2018 г. (вверху справа), ее разница между 2018 и 2017 гг. (внизу слева, °C) и аномалии в августе–сентябре 2018 г. (внизу справа, °C).

Арктические воды по-прежнему находились преимущественно в слое 50–100 м к северу от 77° с.ш. Температура на глубине 50 и 100 м в большей части Баренцева моря была выше долгосрочных (1931–2010 гг.) средних значений (в среднем на 1,1 и 0,7 °С соответственно) (рис. 3.1.11). Небольшие отрицательные аномалии были обнаружены в основном на глубине 100 м в некоторых небольших районах в северной части исследованного района. По сравнению с 2017 г. температура на глубине 50 м была в среднем на 0,9 °C выше примерно в двух третях исследованного района с самыми большими перепадами в самой северной части Баренцева моря; в западной части Баренцева моря преобладали отрицательные перепады температур (в среднем –0,6 °С). Температура на глубине 100 м была в среднем на 0,4 °C ниже, чем в 2017 г., примерно на половине исследованного района, особенно в его западной и восточной частях (рис. 3.1.11). В остальном районе воды на глубине 100 м были в среднем на 0,4 °C теплее по сравнению с 2017 г. с самыми большими положительными перепадами к востоку от архипелага Шпицберген.


Рис. 3.1.11. Температура на глубине 100 м (°C) в августе–сентябре 2017 г. (вверху слева) и 2018 г. (вверху справа), ее разница между 2018 и 2017 гг. (внизу слева, °C) и аномалии в августе–сентябре 2018 г. (внизу справа, °C). Рис. 3.1.11. Температура на глубине 100 м (°C) в августе–сентябре 2017 г. (вверху слева) и 2018 г. (вверху справа), ее разница между 2018 и 2017 гг. (внизу слева, °C) и аномалии в августе–сентябре 2018 г. (внизу справа, °C).

Придонная температура, как правило, была на 0,8°C выше средней (1931–2010 гг.) на большей части акватории Баренцева моря (рис. 3.1.12). Отрицательные аномалии (в среднем –0,4 °С) отмечались только к востоку от архипелага Шпицберген. По сравнению с 2017 г. придонная температура была в среднем на 0,4 °C ниже в двух третях исследованного района (рис. 3.1.12). Придонные воды были теплее (в среднем на 0,6 °C), чем в 2017 г., главным образом в северной части моря, особенно к востоку от архипелага Шпицберген.


Рисунок 3.1.12. Придонная температура (°C) в августе–сентябре 2017 г. (вверху слева) и 2018 г. (вверху справа), ее разница между 2018 и 2017 гг. (внизу слева, °C) и аномалии в августе–сентябре 2018 г. (внизу справа, °C).Рисунок 3.1.12. Придонная температура (°C) в августе–сентябре 2017 г. (вверху слева) и 2018 г. (вверху справа), ее разница между 2018 и 2017 гг. (внизу слева, °C) и аномалии в августе–сентябре 2018 г. (внизу справа, °C).

Поверхностная соленость была в среднем на 0,5 выше среднего многолетнего значения (1931–2010 гг.) почти на всей акватории Баренцева моря с максимальными положительными аномалиями (>0,8) в его северной части; в то же время положительные аномалии уменьшились к югу (рис. 3.1.13). Отрицательные аномалии (в среднем –0,1) наблюдались в основном в самой южной и юго-западной частях Баренцева моря. По сравнению с 2017 г. поверхностные воды были в среднем на 0,5 более солеными в двух третях исследованного района, причем наибольшая положительная разница была отмечена в северной части моря и к северу от архипелага Шпицберген (рис. 3.1.13). Отрицательная разница в солености между 2018 и 2017 гг. (–0,1 и более) была отмечена в центральной, северо-восточной, западной и юго-западной частях Баренцева моря.


Рисунок 3.1.13. Соленость на поверхности в августе–сентябре 2017 г. (вверху слева) и 2018 г. (вверху справа), ее разница между 2018 и 2017 гг. (внизу слева) и аномалии в августе–сентябре 2018 г. (внизу справа).Рисунок 3.1.13. Соленость на поверхности в августе–сентябре 2017 г. (вверху слева) и 2018 г. (вверху справа), ее разница между 2018 и 2017 гг. (внизу слева) и аномалии в августе–сентябре 2018 г. (внизу справа).

Соленость на глубине 100 м в целом была близка к среднему значению (1931–2010 гг.), и к значению 2017 г. на большей части акватории Баренцева моря. (рис. 3.1.14). Значительные отрицательные аномалии и различия между 2018 и 2017 гг. (–0,1 и более) наблюдались в основном в прибрежных водах в юго-западной и южной частях Баренцева моря, а значительные положительные аномалии и различия (> 0,1) присутствовали в северо-западной части Баренцева моря, особенно к востоку от архипелага Шпицберген (рис. 3.1.14).


Рисунок 3.1.14. Соленость на глубине 100 м в августе–сентябре 2017 г. (вверху слева) и 2018 г. (вверху справа), ее разница между 2018 и 2017 гг. (внизу слева) и аномалии в августе–сентябре 2018 г. (внизу справа).Рисунок 3.1.14. Соленость на глубине 100 м в августе–сентябре 2017 г. (вверху слева) и 2018 г. (вверху справа), ее разница между 2018 и 2017 гг. (внизу слева) и аномалии в августе–сентябре 2018 г. (внизу справа).

Придонная соленость была близка как к среднему значению (1931–2010 гг.), так и к значению 2017 г. на большей части акватории Баренцева моря (рис. 3.1.15). Положительные аномалии солености выше 0,1 были отмечены на мелководье на Шпицбергенской банке, а значительные отрицательные аномалии были отмечены в основном в прибрежных водах в юго-западной и южной частях Баренцева моря и на мелководье к востоку от архипелага Шпицберген. Значительные различия в придонной солености в период между 2018 и 2017 гг. были отмечены в основном в районе между архипелагом Шпицберген и о. Медвежий, где придонные воды в 2018 г. были более пресными (на 0,1 и более) по сравнению с 2017 г. (рис. 3.1.15).


Рисунок 3.1.15. Придонная соленость в августе–сентябре 2017 г. (вверху слева) и 2018 г. (вверху справа), ее разница между 2018 и 2017 гг. (внизу слева) и аномалии в августе–сентябре 2018 г. (внизу справа). Рисунок 3.1.15. Придонная соленость в августе–сентябре 2017 г. (вверху слева) и 2018 г. (вверху справа), ее разница между 2018 и 2017 гг. (внизу слева) и аномалии в августе–сентябре 2018 г. (внизу справа).

Logo ICES