Морские млекопитающие и птицы

Photo: Andrew Lowther, NP.

Marine mammals and seabirds 2020
Typography
  • Smaller Small Medium Big Bigger
  • Default Helvetica Segoe Georgia Times

Летняя численность малых полосатиков в Баренцевом море в последнее время увеличилась со стабильного уровня примерно 40 000 животных до более 70 000 животных. Кроме того, летняя численность горбатых китов в Баренцевом море увеличилась с низкого уровня, отмечавшегося до 2000 г., до примерно 7000 животных в последующие годы.

Морские млекопитающие и птицы

Численность других популяций китообразных остается стабильной. В 2020 году в ходе экосистемной съемки Баренцева моря (BESS) в августе – октябре 2020 года было замечено 4159 особей двенадцати видов морских млекопитающих. Усатые киты были распространены более компактно к востоку от острова Медвежий и к западу, северу и востоку от острова Хопен в районе между 76° и 78° с. ш.

В ходе экосистемной съемки Баренцева моря в августе — октябре 2020 г. на борту всех судов находились наблюдатели за морскими млекопитающими. Однако российское судно начало съемку позже обычного, что влияет как на сопоставимость результатов с результатами, полученными в предыдущие годы, так и на соображения синоптического характера.

Всего было обнаружено 4159 особей 12 видов морских млекопитающих, из которых 169 особей не были идентифицированы до уровня вида. Результаты наблюдений представлены в таблице 3.9.1.1, а распределение — на рисунках 3.9.1.1 (зубатые киты) и 3.9.1.2 (усатые киты).

Как и в предыдущие годы, одним из наиболее многочисленных и широко распространенных видов был беломордый дельфин (Lagenorhynchus albirostris) — почти 26 % всех зарегистрированных особей. Севернее 74° с. ш. было зарегистрировано больше дельфинов по сравнению с предыдущим годом.

Помимо беломордых дельфинов, зубатые киты были представлены также кашалотами (Physeter macrocephalus), морскими свиньями (Phocoena phocoena), косатками (Orcinus orca) и белыми китами (Delphinapterus leucas). Кашалоты наблюдались в западных районах (к западу от 35° в. д.) Баренцева моря, а также на больших глубинах вдоль материкового склона. Морские свиньи встречались в южных прибрежных частях исследованной области. Большое скопление зимующих особей (около 2000 особей с плотностью около 200–300 особей/км) белого кита наблюдалось к югу от Земли Франца-Иосифа (78°46' с. ш., 45°39' в. д.) 8 октября 2020 года. Аналогичное скопление этих животных было замечено с судов ПИНРО во время аэрофотосъемки в сентябре 2004 года. Однако в 2020 году скопление располагалось дальше на юго-восток, по сравнению с предыдущим наблюдением. Косатки были зарегистрированы вблизи скопления белых китов.

Таблица 3.9.1.1. Численность особей морских млекопитающих по видам, зарегистрированная при проведении съемки BESS-2020. Таблица 3.9.1.1. Численность особей морских млекопитающих по видам, зарегистрированная при проведении съемки BESS-2020.

Виды усатых китов — малый полосатик (Balaenoptera acutorostrata), горбатый кит (Megaptera novaeangliae) и финвал (Balaenoptera physalus) — в 2020 году, как и ранее, были многочисленными в Баренцевом море. В российском исследуемом районе усатые киты были зафиксированы только на северо-западе в результате отсутствия охвата на юге и позднего охвата северо-восточной части Баренцева моря.

Полосатик был широко распространен в западной исследуемой области. Области наиболее плотных скоплений полосатиков перекрывались с областями скоплений мойвы и полярной трески в центральных районах Баренцева моря.

Как и в предыдущем году, горбатый кит наблюдался в основном в западной области, а также к юго-востоку и востоку от Шпицбергена. В 2020 году распространение этого вида было шире, и горбатые киты также были обнаружены в центральных районах. Более плотные скопления горбатых китов встречались в районах скоплений зрелой мойвы, и часто вместе с финвалами и полосатиками.

Рис. 3.9.1.1. Распределение зубатых китов в августе — октябре 2020 г. Рис. 3.9.1.1. Распределение зубатых китов в августе — октябре 2020 г.

Рис. 3.9.1.2. Распределение усатых китов в августе — октябре 2020 г. Рис. 3.9.1.2. Распределение усатых китов в августе — октябре 2020 г.

В 2020 году распределение финвалов в западных районах было аналогично предыдущему году. В северо-восточных регионах этот вид был зарегистрирован на востоке примерно до 50° в. д.

Синие киты (Balaenoptera musculus) не встречались в 2020 году, как и в предыдущие годы. Из видов ластоногих, зарегистрированных во время экосистемной съемки, наблюдались арфовый тюлень (Phoca groenlandica), кольчатая нерпа (Phoca hispida) и морж (Odobenus rosmarus). Основные скопления гренландских тюленей выявляли к северу от 81° с. ш. в области молодого льда. Морж и кольчатая нерпа наблюдались к северу от 80° с. ш.

Помимо ластоногих, к северу от архипелага Земля Франца-Иосифа было зарегистрировано 5 белых медведей (Ursus maritimus).

С конца 1980-х гг. Норвегия проводила визуальные наблюдения за малыми полосатиками в северо-восточной части Атлантического океана как за целевым видом для оценки его летней численности, а также за другими видами китообразных. Съемки проводились в виде мозаичных покрытий всего исследуемого района в течение шести лет. В ходе этих съемок наиболее часто наблюдаемым видом в Баренцевом море был малый полосатик, за которым следовали беломордый дельфин, морская свинья, горбатый кит и финвал. Складывается впечатление, что в летнее время малые полосатики широко распространены в северных и восточных районах. Морские свиньи наблюдаются в основном в южных частях охваченной области, и нам известно, что они привязаны к прибрежным районам вдоль Кольского полуострова и системам фьордов. Горбатые киты встречаются в основном на северо-западе и связаны с распределением мойвы. Беломордые дельфины наблюдались в южной и центральной частях района съемки, особенно над Центральной банкой. На основании этих исследований можно дать ряд оценок численности для иллюстрации состояния за почти 30-летний период. В период приблизительно с 1995 по 2018 гг. летняя численность малых полосатиков была достаточно стабильной, но в последнее время произошло ее значительное увеличение до нынешней численности 68 000 животных (рис. 3.9.1.3). Кроме того, значительное увеличение летней численности в Баренцевом море продемонстрировали горбатые киты: с очень низких показателей ранее 2000 г. до примерно 7000 животных в последующие годы. Другие виды китообразных в течение периода съемки показали относительно стабильную численность в пределах Баренцева моря.

Рис. 3.9.1.3. Летняя численность малых полосатиков в Баренцевом море за последние 30 лет. Рис. 3.9.1.3. Летняя численность малых полосатиков в Баренцевом море за последние 30 лет.

Рис. 3.9.1.4. Летняя численность горбатых китов в Баренцевом море за последние 20 лет. Рис. 3.9.1.4. Летняя численность горбатых китов в Баренцевом море за последние 20 лет.

Частота встречаемости морских млекопитающих

Баренцево море — продуктивная экосистема и важное место нагула для морских млекопитающих в летнее и осеннее время. В ходе совместной норвежско-российской экосистемной съемки (BESS) специалисты с борта исследовательских судов проводили визуальное наблюдение за морскими млекопитающими. Частоту встречаемости (ЧВ — число наблюдений, а не число обнаруженных морских млекопитающих) оценивали на основании данных BESS за период 2004–2019 гг. Результаты представлены на рис. 3.9.1.15. Три пика ЧВ морских млекопитающих наблюдались в 2007, 2010 и 2017–2019 гг. Следует заметить, что наблюдатели за морскими млекопитающими были размещены не на всех судах в западной части (2004, 2005, 2008, 2009 и 2014 гг.), и на результаты мог повлиять также недостаточно полный охват восточных частей Баренцева моря в 2016 и 2018 гг.

Рис. 3.9.1.15. Частота встречаемости морских млекопитающих (число наблюдений) в Баренцевом море по данным BESS за период 2004–2019 гг. Рис. 3.9.1.15. Частота встречаемости морских млекопитающих (число наблюдений) в Баренцевом море по данным BESS за период 2004–2019 гг.

Съемка BESS охватывала открытое море, поэтому в 90 % наблюдений за морскими млекопитающими регистрировались китообразные (Cetacea). Наиболее часто встречаемыми видами в августе — сентябре были беломордый дельфин (Lagenorhynchus albirostris), малый полосатик (Balaenoptera acutorostrata), финвал (Balaenoptera physalus) и горбатый кит (Megaptera novaeangliae) (рис. 3.9.1.16).

Рис. 3.9.1.16. Видовой состав наблюдаемых морских млекопитающих и соотношение видов в Баренцевом море по данным BESS за период 2004–2019 гг. Рис. 3.9.1.16. Видовой состав наблюдаемых морских млекопитающих и соотношение видов в Баренцевом море по данным BESS за период 2004–2019 гг.

Баренцево море разделили на четыре региона (западный, Шпицберген (Свальбард), юго-восточный и северо-восточный) (рис. 3.9.1.17); ЧВ подсчитывали для каждого региона.

Рис. 3.9.1.17. Частота встречаемости морских млекопитающих (%) в четырех регионах Баренцева моря в ходе BESS за период 2004–2019 гг.: A — Шпицберген/Свальбард, B — западный, C — северо-восточный, D — юго-восточный. Рис. 3.9.1.17. Частота встречаемости морских млекопитающих (%) в четырех регионах Баренцева моря в ходе BESS за период 2004–2019 гг.: A — Шпицберген/Свальбард, B — западный, C — северо-восточный, D — юго-восточный.

А. Область Шпицбергена (Свальбарда) расположена между 76° с. ш. и 82° с. ш. и между 5° в. д. и 35° в. д. Здесь отмечалась наиболее высокая частота встречаемости морских млекопитающих (42,4 % всех наблюдений). Кроме того, в этой области обнаружено и наибольшее число видов (14). Эта область, особенно к востоку от Шпицбергена, служит главным местом обитания мойвы. Мойва является важным источником питания морских млекопитающих, и перекрытие областей наибольшего числа наблюдений и видов с областями наибольшего числа обнаружений косяков зрелой мойвы, скорее всего, связано с важным местом нагула (прежде всего мойвы, но также эвфаузиевых (криля)). В этой области наиболее часто наблюдали представителей усатых китов (Mysticeti): малого полосатика, финвала и горбатого кита (рис. 3.9.1.18 А).

В. Западная область расположена между 76° с. ш. и побережьями Норвегии и России и между 5° в. д. и 35° в. д. В этой области была сделана треть всех наблюдений. Здесь обнаружено 13 видов морских млекопитающих (второе место по числу видов), среди которых были беломордый дельфин, малый полосатик, финвал, кашалот (Physeter macrocephalus) и горбатый кит (рис. 3.9.1.18 B). Западная область столь же продуктивна. В ней находятся самые плотные скопления эвфаузиевых и молоди рыб — пикши, трески, сельди, морского окуня и мойвы. Здесь встречаются также неполовозрелые мойва и сельдь.

C. Северо-восточная область расположена между 74° с. ш. и 82° с. ш. и между 35° в. д. и 70° в. д. Число наблюдений морских млекопитающих здесь было ниже, чем в двух первых областях, и составило 21,1 % от всех наблюдений. В целом здесь обнаружено 11 видов, таких как беломордый дельфин, малый полосатик, горбатый кит, финвал и гренландский тюлень (Pagophilus groenlandicus) (рис. 3.9.1.18 C). В этой области преобладают сайка, треска и мойва. Сайка является важной составляющей рациона питания гренландских тюленей, поэтому снижение ее численности с 2012 г. может отрицательно влиять на условия нагула.

D. Юго-восточная область расположена между 74° с. ш. и побережьем России и между 35° в. д. и 70° в. д. В ходе экосистемной съемки BESS в этой области морские млекопитающие наблюдались реже всего (6,5 % всех наблюдений). Однако здесь зарегистрировано 10 различных видов, из которых наиболее часто встречались беломордый дельфин, малый полосатик, морская свинья (Phocoena phocoena) и финвал (рис. 3.9.1.18 D). В этой области преобладают сайка, треска и сельдь.

Рис. 3.9.1.18. Частота встречаемости морских млекопитающих и видовой состав (%) в различных областях (A — Шпицберген, B — западная, C — северо-восточная, D — юго-восточная) Баренцева моря в ходе экосистемной съемки BESS за период 2004–2019 гг. Рис. 3.9.1.18. Частота встречаемости морских млекопитающих и видовой состав (%) в различных областях (A — Шпицберген, B — западная, C — северо-восточная, D — юго-восточная) Баренцева моря в ходе экосистемной съемки BESS за период 2004–2019 гг.

На рис. 3. 3.9.1.19 представлена частота встречаемости морских млекопитающих в этих четырех областях по годам. Чаще всего по сравнению с другими областями морские млекопитающие заходили в район Шпицбергена, и с 2004 по 2019 гг. число наблюдений увеличилось. За последние три года морских млекопитающих в области Шпицбергена обнаруживали более 400 раз. Следующей по посещаемости стала западная область, которая, наиболее вероятно, служит коридором для миграций некоторых китов. Наибольшее число наблюдений отмечено в 2005–2007, 2010 и 2019 гг. Частота встречаемости и видовой состав различались между этими четырьмя областями Баренцева моря. Шпицберген, место обитания мойвы, сайки и макропланктона — эвфаузиевых и бокоплавов, посещался наиболее часто и наибольшим числом видов, вследствие чего находился под наибольшим прессом хищников. Западная область, населенная рыбьей молодью и макропланктоном, испытывала второй по величине пресс хищников, но различающийся по годам.

Рис. 3.9.1.19. Частота встречаемости морских млекопитающих в четырех областях Баренцева моря за период 2004–2019 гг. Рис. 3.9.1.19. Частота встречаемости морских млекопитающих в четырех областях Баренцева моря за период 2004–2019 гг.

Морские млекопитающие, жизнь которых связана со льдами

Потеря среды обитания вследствие таяния морского льда из-за потепления климата является серьезной угрозой для всех морских млекопитающих, жизнь которых связана со льдами. Сокращение площади арктического морского льда и связанные с этим изменения окружающей среды привели к изменению распространения видов. Норвежский полярный институт (NPI) проводит на Шпицбергене регулярный мониторинг популяции моржей и белых медведей, данные которого обновляются через систему мониторинга окружающей среды MOSJ (экологический мониторинг Шпицбергена и Ян-Майена), а также в результате исследования видов, не охваченных регулярным мониторингом.

Моржи (Odobenus marinus) когда-то были очень распространены на Шпицбергене, но за 350 лет нерегулируемой добычи оказались на грани исчезновения, прежде чем они были взяты под охрану в 1952 году. В Красной книге они всё еще относятся к «уязвимым» таксонам, однако после нескольких десятилетий охраны можно наблюдать явный рост их популяции (рис. 3.9.1.20).

Рис. 3.9.1.20. В 1980-х и 1990-х годах оценки были сделаны на основании наблюдений, проведенных с суши или с кораблей с интервалом в несколько недель или месяцев. Данные за 2006 и 2012 год основаны на количестве животных, определенном с помощью специально проведенных аэрофотосъемок, и результаты были скорректированы в соответствии с соотношением количества животных в море на момент проведения съемки. Источник: https://www.mosj.no/en/fauna/marine/walrus-population.htmll Рис. 3.9.1.20. В 1980-х и 1990-х годах оценки были сделаны на основании наблюдений, проведенных с суши или с кораблей с интервалом в несколько недель или месяцев. Данные за 2006 и 2012 год основаны на количестве животных, определенном с помощью специально проведенных аэрофотосъемок, и результаты были скорректированы в соответствии с соотношением количества животных в море на момент проведения съемки. Источник: https://www.mosj.no/en/fauna/marine/walrus-population.html

Первая систематическая оценка численности моржей на Шпицбергене, результаты которой также включены в MOSJ, была проведена в 2006 году (Lydersen et al. 2008). До этого грубые «предположительные» оценки были сделаны на основании наблюдений, проведенных с суши или с кораблей с интервалом в несколько недель или месяцев. Моржи Шпицбергена являются частью общей популяции, располагающейся на Шпицбергене и Земле Франца-Иосифа; наше исследование касается только моржей Шпицбергена. Съемка, проведенная в 2006 году, охватила все известные береговые лежбища на Шпицбергене (всего 79) в течение короткого периода времени в августе. Во время съемки животные находились на 17 лежбищах. На фотографиях активных участков было обнаружено 657 животных. Для корректировки данных с учетом количества животных, которые во время съемки находились в воде, был использован обширный набор данных о поведении моржей, полученный со спутниковых ретрансляторов. Полученное в итоге количество равно 2629 (95 % доверительный интервал (ДИ): 2318–2998). С обновлениями примерно каждые пять лет вторая съемка в этом временном ряду MOSJ была проведена в 2012 году (Kovacs et al. 2014). Новая оценка составила 3886 (95 % ДИ: 3553–4262) и охватывала 91 лежбище, из которых во время проведения съемки 24 были заняты животными. На девяти активных участках находились самки с детенышами, в отличие от только одного участка при съемке в 2006 году. Самая последняя съемка в этом временном ряду была проведена в 2018 году. На момент проведения съемки 5503 (95 % ДИ): 5031–6036) моржа были обнаружены в районе Шпицбергена (https://www.mosj.no/en/fauna/marine/walrus-population.html). Это на 41,6 % больше, чем при проведении предыдущей съемки в 2012 году. Животные находились на 19 лежбищах, а детеныши имелись на семи из них. В 2018 году в базе данных по Шпицбергену было отмечено 98 береговых лежбищ моржей. Следующее обновление в этом временном ряду запланировано на 2023 год.

Интенсивная охота на белых медведей (Ursus maritimus) на Шпицбергене началась около 1870 года, и популяция была весьма небольшой, пока в 1973 году вид не был взят под охрану. В последующие годы популяция, по-видимому, значительно увеличилась, и более новые данные показывают, что она, вероятно, не сократилась за последние 10–15 лет, несмотря на значительное уменьшение массы имеющегося морского льда за тот же период. В августе 2004 года популяция белых медведей в Баренцевом море оценивалась примерно в 2650 (95 % ДИ ~1900–3600) животных (Aars et al. 2009), и это число, предположительно, отражает значительное увеличение после взятия их под охрану в 1973 году (Aars et al. 2009; Derocher 2005). Это означает, что данному виду, вероятно, не угрожают последствия потери генетического разнообразия или случайные демографические процессы, которые могут повлиять на популяции меньшего размера. В районе Баренцева моря обитает одна из девятнадцати предполагаемых арктических субпопуляций белых медведей, характеризующихся высоким генетическим обменом с соседними популяциями на востоке и западе (Peacock et al. 2015). Доступность среды обитания, связанной с наличием морского льда, в последние годы уменьшалась гораздо быстрее для популяции в Баренцевом море, чем для других популяций белого медведя (Stern and Laidre 2016), и самкам репродуктивного возраста все труднее достичь необходимых мест зимней спячки к востоку от Шпицбергена (Aars 2013; Derocher et al. 2011).

При мониторинге, в частности, учитывается количество берлог и покрытие морским льдом возле островов Конгсёйа и Хопен (остров Надежды), а также прирост популяции за счет детенышей и сеголетков с использованием данных, полученных при реализации ежегодной программы отлова-повторного отлова. Количество берлог на островах Хопен и Конгсёйа ясно показывает, что немногие самки достигают этих островов осенью, если лед появляется поздно, где-то во второй половине ноября. Неясно, означает ли это, что доля самок, образующих субпопуляцию медведиц, имеющих детенышей, снижается. Предполагается, что доля взрослых самок, которые в настоящее время залегают в берлоги на территории национального парка «Русская Арктика» (Земля Франца-Иосифа), больше. Места обитания также сместились гораздо дальше на север, следуя за кромкой льда, которая является областью, где большинство белых медведей охотятся большую часть года (Lone et al. 2017). Данные ежегодной программы маркировки показывают слабое снижение размера помета (количества детенышей однократно рожденных одной самкой) на протяжении многих лет, однако существенного уменьшения не обнаружено. Кроме того, за эти годы не обнаружено существенных изменений количества детенышей в расчете на одну взрослую самку или изменений доли самок с сеголетками. По-видимому, местная популяция медведей на Шпицбергене оставалась на уровне около 300 особей с 2004 по 2015 год, а общая численность в норвежской Арктике примерно такая же или увеличивается (Aars et al. 2017). Нет никаких признаков того, что за период мониторинга состояние белых медведей, оцениваемое по запасам жира, со временем ухудшилось. Несмотря на то, что количество морского льда вокруг Шпицбергена в последние годы явно уменьшилось и, как ожидается, продолжит уменьшаться в ближайшие десятилетия, размер субпопуляции белых медведей все еще может быть ниже кормовой продуктивности этой области. Поэтому неудивительно, что субпопуляция, похоже, растет или, по крайней мере, является стабильной, хотя доступность мест обитания в течение большей части года стала низкой.

Рис. 3.9.1.6. Индекс физического состояния взрослых самцов белых медведей, пойманных весной (март – май) в период 1993–2019 гг. Линии в середине каждого прямоугольника показывают медианное значение, а сегменты и линии поля выше и ниже медианы покрывают около 25 % точек данных. Существенной тенденции с течением времени нет. Источник: https://www.mosj.no/en/fauna/marine/polar-bear.html. Рис. 3.9.1.6. Индекс физического состояния взрослых самцов белых медведей, пойманных весной (март – май) в период 1993–2019 гг. Линии в середине каждого прямоугольника показывают медианное значение, а сегменты и линии поля выше и ниже медианы покрывают около 25 % точек данных. Существенной тенденции с течением времени нет. Источник: https://www.mosj.no/en/fauna/marine/polar-bear.html.

Изменение климата влияет на различные виды в разной степени. Внезапное сокращение пощади морского льда в 2006 году оказало влияние на пространственное перекрытие ареалов и отношения хищник – жертва между белым медведем и кольчатой нерпой (Pusa hispida) (Hamilton et al. 2017). После сокращения площади морского льда белые медведи проводили такое же количество времени на приливных ледниковых фронтах весной, но меньше времени летом и осенью. Поскольку кольчатая нерпа не изменила своего пребывания на ледниковом фронте в течение лета, это привело к уменьшению значений пространственного перекрытия для этих двух видов в прибрежных районах Шпицбергена. В течение лета белые медведи теперь ежедневно перемещаются на более значительные расстояния и проводят больше времени вблизи колоний птиц, гнездящихся на земле, где хищничество медведей может иметь существенные последствия локального характера. Это исследование показывает важность рассмотрения нескольких видов при изучении последствий изменения климата.

Другие морские млекопитающие, жизнь которых связана со льдами

NPI также проводит исследования и публикует данные о видах морских млекопитающих, не охваченных системой мониторинга MOSJ. К этим видам, в частности, относятся: морской заяц (Erignathus barbatus), кольчатая нерпа, белый кит (Delphinapterus leucas), гренландский кит (Balaena mysticetus) и нарвал (Monodon monoceros).

Быстрое потепление Арктики и, как следствие, уменьшение площади морского льда представляют серьезную угрозу для обитающих в данном регионе видов, жизнь которых связана со льдами. В 2015 году была проведена аэрофотосъемка для оценки численности арктических эндемичных видов китов в маргинальной зоне льда к северу от Шпицбергена. Съемка проводилась в сотрудничестве с российскими коллегами от российско-норвежской границы на запад (т. е. в норвежских водах). На площади немногим более 52 000 км2 белых китов замечено не было, однако 343 (95 % ДИ: 136–862) гренландских кита и 837 нарвалов (95 % ДИ: 314–2233) было обнаружено в исследуемой области (Vacquié-Garcia et al., 2017). Гренландские киты, как правило, обнаруживались вблизи кромки льда, в то время как нарвалы встречались далеко от кромки льда вплоть до конца линий наблюдения (предполагается, что их область распространения, вероятно, продолжается к северу от исследуемой области). Результаты этого исследования указывают на то, что морской лед представляет собой важную среду обитания для этих видов в конце лета в данном регионе, и четко показывают, что для проведения съемок с целью оценки количества гренландских китов и нарвалов необходимы самолеты.

Пассивный акустический мониторинг (PAM) является эффективным методом изучения морских млекопитающих, которые являются акустически активными в районах, труднодоступных на круглогодичной основе. Данные акустического мониторинга, проводившегося в проливе Фрама, свидетельствуют о том, что гренландские киты и нарвалы встречаются во льдах круглый год (Stafford et al. 2012, Ahonen et al. 2017,2019). Данные спутникового слежения за 13 гренландскими китами из шпицбергенской популяции (Kovacs et al. 2020) показали, что эти киты распространились по всему региону, который считается историческим ареалом для данного вида на региональном уровне — от Восточной Гренландии далеко вглубь российских территорий к востоку от Земли Франца-Иосифа. Кроме того, эти данные показали, что гренландские киты перемещаются на юг от мест зимовки в самых северных частях своего ареала весной, возвращаясь снова на север осенью, что противоположно направлению перемещений всех других популяций гренландских китов. Они занимали районы с особенно низкими температурами поверхности моря и проводили большую часть своего времени в пределах кромки льда, включая районы, классифицированные как районы, имеющие 90–100%-ный ледяной покров. Таким образом, маркировка гренландских китов из шпицбергенской популяции показала, что они не мигрируют в классическом смысле, как гренландские киты других популяций. Кроме того, результаты недавно опубликованного генетического исследования, основанного на анализе образцов кожи особей, помеченных для спутникового слежения, показали, что эти животные относятся к первоначальному шпицбергенскому стаду, а не являются особями, которые мигрировали из других стад вследствие более легких ледовых условий, как полагали ранее (Bachmann et al. 2021).

Белухи являются наиболее часто встречающимися видами китов в районе Шпицбергена, где они располагаются близко к побережью и ледниковым фронтам в свободное ото льда время года (Lydersen et al. 2001; Vacquié-Garcia et al. 2018). В 2018 году была проведена первая аэрофотосъемка белух, охватывающая всю территорию Шпицбергена (Vacquié-Garcia et al. 2020), и размер стада оценивался в 549 особей (95 % ДИ: 436–723). Учитывая, что этот вид является одним из наиболее часто наблюдаемых китообразных в этом районе, оценка была удивительно низкой. Однако это отражает уже известные ранее трудности поиска животных с использованием программ маркировки белух. Эти данные важны для установления исходного уровня, необходимого для сравнения с будущими оценками количества особей этого вида, в большой степени зависящими от изменений окружающей среды.

Кольчатая нерпа является основной добычей белых медведей и ключевым арктическим видом, который тесно связан с морским льдом на протяжении большей части своего жизненного цикла. Кольчатая нерпа шпицбергенской популяции имеет две разные стратегии миграции после размножения и линьки. Первая состоит в миграции на север в маргинальную зону льда (Hamilton et al. 2015), а вторая — оставаться на побережье в основном вблизи ледниковых фронтов (Hamilton et al. 2016). Мигрируют на север в основном молодые животные, в то время как взрослые остаются у побережья. Спутниковое слежение за кольчатой нерпой до и после того, как маргинальная зона льда переместилась на север, показывает изменения в поведении этих животных, состоящие в том, что они теперь проводят больше времени, плавая и ныряя, и меньше на поверхности или отдыхая на льду (Hamilton et al. 2015). Полученные данные показывают, что этим животным теперь надо тратить больше усилий, чтобы найти пищу, что в конечном итоге может повлиять на состояние животных с возможными последствиями для их размножения и выживания (Hamilton et al. 2015). Результаты спутникового слежения показывают, что взрослые кольчатые нерпы, обитающие вдоль побережья Шпицбергена, остаются связанными с фронтами ледников, причем в нынешней ситуации в большой степени, чем до изменения ледовых условий во фьордах на западной стороне Шпицбергена (Hamilton et al 2016, 2019). Имеются особи, которые остаются перед одним и тем же фронтом ледника на протяжении всего периода слежения. Кроме того, для этих взрослых тюленей доказано изменение в поведении во время ныряния, которое указывает на то, что им требуется затрачивать больше усилий, чтобы найти пищу (Hamilton et al. 2016). В последние годы также появилось несколько сообщений об особях кольчатой нерпы, отдыхающих на суше, что ранее было не характерно для этого вида, жизнь которого в большой степени связана со льдами. Имелись даже наблюдения, показывающие нахождение особей кольчатой нерпы рядом с особями тюленя обыкновенного (Phoca vitulina) на суше, чего нельзя было ожидать в связи с изменением климата и отсутствием морского льда для этого вида (Lydersen et al., 2017).

Морской заяц является одними из наименее изученных арктических морских млекопитающих. Исследования с использованием слежения за взрослыми животными на Шпицбергене выявили большие индивидуальные различия в паттерне ныряния, перемещения и активности (Hamilton et al. 2018). Жизнь морского зайца в большой степени связана с морским льдом, особенно при родах, после которых он используется в качестве площадки для кормления и отдыха детенышей. Сокращение количества морского льда на Шпицбергене не повлияло на скорость роста детенышей, поскольку большинство самок для рождения и кормления своего потомства вместо однолетних льдин теперь используют участки ледникового льда (Kovacs et al. 2020). Тем не менее, это решение проблемы является временным, поскольку внешние границы приливных ледников вследствие таяния последних в конечном итоге окажутся на суше, делая ненужной эту замену стратегии родов и ухода за детенышами.

Выявление «горячих точек» морских млекопитающих и районов высокого видового богатства имеет большое значение для управления развитием видов и их сохранения. Недавнее крупное исследование (Hamilton et al. 2021) подводит итоги работ по установке 585 спутниковых передатчиков на особях 13 видов морских млекопитающих, обитающих в Гренландском море и в северной части Баренцева моря, которые были проведены в период 2005–2018 гг. и показывает, что участки исследуемого района, особенно самые северные, следует рассматривать как «горячие точки» для этих видов морских млекопитающих (рис. 3.9.1.7). Маргинальная зона льда (MIZ) Гренландского моря и северной части Баренцева моря, воды, окружающие Шпицберген, и несколько прибрежных участков северо-восточной Гренландии были определены как «горячие точки» для морских млекопитающих и районы высокого видового богатства в этом регионе.

Рис. 3.9.1.7. (a,c,e) Отдельные «горячие точки» и (b,d,f) местонахождение особей 13 видов, помеченных возле Шпицбергена и северо-восточной части Гренландии в течение (a,b) всего года, (c,d) летом/осенью и (e,f) зимой/весной. Увеличение интенсивности красного цвета указывает на «горячие точки» разного уровня статистической значимости. Hamilton et al., 2021. Рис. 3.9.1.7. (a,c,e) Отдельные «горячие точки» и (b,d,f) местонахождение особей 13 видов, помеченных возле Шпицбергена и северо-восточной части Гренландии в течение (a,b) всего года, (c,d) летом/осенью и (e,f) зимой/весной. Увеличение интенсивности красного цвета указывает на «горячие точки» разного уровня статистической значимости. Hamilton et al., 2021.

Морские птицы

В регионе Баренцева моря регулярно гнездятся около шести миллионов пар 36 видов морских птиц (Barrett et al. (2002), таблица 3.9.2.1). С учетом неполовозрелых и неразмножающихся птиц общая численность морских птиц в этом регионе весной и летом составляет около 20 миллионов особей. 90 % птиц относятся лишь к 5 видам: толстоклювая кайра, малая гагарка, атлантический тупик, глупыш и обыкновенная моёвка. Распределение колоний показано на рис. 3.9.2.1. В колониях высокоширотного арктического архипелага преобладают малые гагарки, толстоклювые кайры и моёвки. Эти птицы используют интенсивную вторичную продукцию, которая следует за отступающим морским льдом. Малые гагарки питаются главным образом богатыми липидами представителями рода Calanus, бокоплавами и крилем, в то время как толстоклювые кайры и обыкновенные моевки питаются сайкой, мойвой, бокоплавами и крилем. Сообщества морских птиц, а также их рацион заметно меняются к югу от полярного фронта. В атлантической части Баренцева моря морские птицы в большей степени зависят от рыбы, в том числе от личинок и мальков рыб, мойвы, сельди в возрасте 1 года и песчанковых. Изменение рациона сопровождается изменением видового состава. На юге толстоклювых кайр заменяют представители их вида-двойника — тонкоклювые кайры. В юго-западных районах встречаются крупные колонии атлантических тупиков, которых в значительной степени поддерживает дрейф личинок рыб вдоль норвежского побережья.

Рис. 3.9.2.1. Крупные колонии морских птиц в Баренцевом море. Данные собраны из SEAPOP (www.seapop.no), Fauchald et al. 2015 и Реестра колоний морских птиц Баренцева и Белого морей. Рис. 3.9.2.1. Крупные колонии морских птиц в Баренцевом море. Данные собраны из SEAPOP (www.seapop.no), Fauchald et al. 2015 и Реестра колоний морских птиц Баренцева и Белого морей.

Таблица 3.9.2.1. Морские птицы в районе Баренцева моря, отсортированные в порядке убывания по численности гнездящейся популяции. Гнездящиеся пары по Strøm et al. (2009). Наблюдения BESS 2020 представляют собой наблюдения с норвежских и российских судов в ходе экосистемной съемки в 2020 г. Таблица 3.9.2.1. Морские птицы в районе Баренцева моря, отсортированные в порядке убывания по численности гнездящейся популяции. Гнездящиеся пары по Strøm et al. (2009). Наблюдения BESS 2020 представляют собой наблюдения с норвежских и российских судов в ходе экосистемной съемки в 2020 г.

Мониторинг популяций в Норвегии и на Шпицбергене выявил тенденцию к снижению численности нескольких популяций за последние 30 лет, включая популяции обыкновенной моёвки (рис. 3.9.2.2 A) и атлантического тупика (рис. 3.9.2.2 E) на материковой части Норвегии и популяции толстоклювой кайры (рис. 3.9.2.2 F) на Шпицбергене. Популяция тонкоклювой кайры резко сократилась в 1980-е гг., главным образом из-за падения запасов мойвы в сочетании с низкой численностью альтернативной добычи. С тех пор популяции на острове Медвежий (или Бьёрнёйе) и некоторые колонии на материковой части Норвегии увеличились (рис. 3.9.2.2 C и D). Состояние и тенденции развития больших популяций морских птиц в восточной части Баренцева моря менее известны.

Рис. 3.9.2.2. Колебания численности популяций морских птиц в участках мониторинга SEAPOP на материковой части Норвегии (левая панель) и на Шпицбергене (правая панель). Источники данных: Miljøovervåking Svalbard og Jan Mayen -MOSJ (www.mosj.no, обновлено в 2019 году), SEAPOP (www.seapop.no, обновлено в 2020 году). Рис. 3.9.2.2. Колебания численности популяций морских птиц в участках мониторинга SEAPOP на материковой части Норвегии (левая панель) и на Шпицбергене (правая панель). Источники данных: Miljøovervåking Svalbard og Jan Mayen -MOSJ (www.mosj.no, обновлено в 2019 году), SEAPOP (www.seapop.no, обновлено в 2020 году).

Помимо того что Баренцево море служит важной зоной гнездования для морских птиц, проведенное недавно круглогодичное исследование (Fauchald et al. 2019) показало, что это море является также существенной кормовой площадью для морских птиц ранней осенью. Соответственно, численность пелагических видов морских птиц достигает максимального уровня приблизительно 10 млн особей в августе, сразу после гнездования (рис. 3.9.2.3). Этот пик относится главным образом к атлантическим тупикам, глупышам, тонкоклювым кайрам и обыкновенным моёвкам, мигрирующим из колоний, окружающих Норвежское море, на Баренцево море в поисках корма. В этот период (август — сентябрь) у видов чистиковых происходит также линька, вследствие чего они на несколько недель теряют способность к полету. После кормового периода значительные части популяций атлантического тупика, толстоклювой кайры, обыкновенной моёвки, глупыша и малой гагарки покидают Баренцево море. Таким образом, численность птиц достигает минимума в самый темный период с декабря по январь и составляет примерно 5 млн особей (рис. 3.9.2.3). В целом популяции из западных колоний покидают Баренцево море раньше (в сентябре — октябре) и возвращаются позже (в марте — апреле), чем птицы из восточных колоний, и более значительная часть восточных популяций имеет тенденцию оставаться на Баренцевом море всю зиму. Мигрирующие птицы зимуют на океанских просторах северо-западной и северно-центральной части Северной Атлантики, в том числе в прибрежных районах юга и запада Гренландии, вокруг Исландии, в Датском проливе, на море Ирмингера и море Лабрадор. Тонкоклювые кайры с острова Медвежий, Мурманского побережья и Финнмарка остаются на юге Баренцева моря в течение всего негнездового периода. Морские птицы постепенно возвращаются в колонии и прилегающие к ним районы ранней весной — с февраля по апрель.

Рис. 3.9.2.3. Оценка численности взрослых гнездящихся морских птиц, присутствующих в регионе Баренцева моря в ходе годичного цикла. Оценочные данные основаны на размере популяции и круглогодичном отслеживании различных популяций в рамках программы SEATRACK (см. Fauchald et al. 2019). Рис. 3.9.2.3. Оценка численности взрослых гнездящихся морских птиц, присутствующих в регионе Баренцева моря в ходе годичного цикла. Оценочные данные основаны на размере популяции и круглогодичном отслеживании различных популяций в рамках программы SEATRACK (см. Fauchald et al. 2019).

В целом пространственное распределение морских птиц во время экосистемной съемки в сентябре отражает климатический градиент от бореального атлантического климата с тонкоклювыми кайрами, тупиками, серебристыми и морскими чайками на юге и западе к арктическому климату с малыми гагарками, толстоклювыми кайрами и моёвками на севере и востоке (рис. 3.9.2.4). Морские птицы непрерывно исследуются на норвежских судах в западной части Баренцева моря с 2004 г., однако в первые годы не были охвачены северные районы. На основании минимальной годичной продолжительности съемки проводившейся в 2009 году, а затем и в последующие годы, рассчитывали численность (рис. 3.8.2.5) различных видов и центр тяжести их пространственного распределения (рис. 3.8.2.6) за каждый год.

Рис. 3.9.2.4. Плотность распределения морских птиц при экосистемных съемках Баренцева моря в 2019 г. (вверху) и 2020 г. (внизу). Левая панель представляет распределение чистиковых (малая гагарка, толстоклювая кайра, атлантический тупик и тонкоклювая кайра). Правая панель представляет распределение буревестниковых и чайковых (глупыш, большая полярная чайка, обыкновенная моёвка, морская и серебристая чайки). Рис. 3.9.2.4. Плотность распределения морских птиц при экосистемных съемках Баренцева моря в 2019 г. (вверху) и 2020 г. (внизу). Левая панель представляет распределение чистиковых (малая гагарка, толстоклювая кайра, атлантический тупик и тонкоклювая кайра). Правая панель представляет распределение буревестниковых и чайковых (глупыш, большая полярная чайка, обыкновенная моёвка, морская и серебристая чайки).

Оценочные данные указывают на довольно большие флуктуации численности морских птиц в открытом море (рис. 3.9.2.5). Глупыш, обыкновенная моёвка и серебристая чайка значительно потеряли в численности за последние десять лет. Эти изменения не обязательно отражают популяционные тенденции, наблюдавшиеся по колониям (см. рис. 3.9.2.2), поскольку показатели численности в открытом море также подвергаются влиянию различий в характере миграции по годам. Следует заметить, что судно привлекает буревестниковых и чайковых из окружающих районов, поэтому вполне вероятно, что отдельные особи учитываются неоднократно. Соответственно, оценочная численность буревестниковых и чайковых может быть в целом завышенной. Анализы центров тяжести показывают смещение в северном направлении для нескольких видов за последние десять лет (рис. 3.9.2.6). Центры тяжести распределения малой гагарки, толстоклювой кайры, большой полярной чайки, обыкновенной моёвки, глупыша и морской чайки переместились на 150–500 км к северу с 2008 по 2019 гг. Это позволяет предположить, что птицы сместились к северу вслед за периодом потепления. Хотя было бы целесообразно охватить таким исследованием более длительный период, этот результат может быть ранним свидетельством «бореализации» (Fossheim et al. 2015) сообществ морских птиц в Баренцевом море.

Рис. 3.9.2.5. Численность чистиковых (слева) и буревестниковых и чайковых (справа) в западной части Баренцева моря в ходе экосистемных съемок 2009–2020 гг. Следует заметить, что численность буревестниковых и чайковых, вероятно, систематически завышается. Звездочками отмечены отрицательные тенденции оценок численности (* P < 0,05, ** P < 0,001). Рис. 3.9.2.5. Численность чистиковых (слева) и буревестниковых и чайковых (справа) в западной части Баренцева моря в ходе экосистемных съемок 2009–2020 гг. Следует заметить, что численность буревестниковых и чайковых, вероятно, систематически завышается. Звездочками отмечены отрицательные тенденции оценок численности (* P < 0,05, ** P < 0,001).

Рис. 3.9.2.6. Центр тяжести распределения в северном направлении чистиковых (слева), а также буревестниковых и чайковых (справа) в западной части Баренцева моря в ходе экосистемных съемок 2009–2020 гг. Штриховые линии указывают положение Хаммерфеста (норвежский берег), острова Медвежий и Ню-Олесунна (Шпицберген). Звездочками отмечены значительные положительные линейные тенденции положения центра тяжести (* P < 0,05, ** P < 0,001). Рис. 3.9.2.6. Центр тяжести распределения в северном направлении чистиковых (слева), а также буревестниковых и чайковых (справа) в западной части Баренцева моря в ходе экосистемных съемок 2009–2020 гг. Штриховые линии указывают положение Хаммерфеста (норвежский берег), острова Медвежий и Ню-Олесунна (Шпицберген). Звездочками отмечены значительные положительные линейные тенденции положения центра тяжести (* P < 0,05, ** P < 0,001).

Logo ICES