Пространственная изменчивость температуры и солености (на поверхности, на глубине 100 м и на дне)

Photo: Lawrence Hislop, Norwegian Polar Institute.

Meteorological and oceanographical conditions 2019
Typography
  • Smaller Small Medium Big Bigger
  • Default Helvetica Segoe Georgia Times

Температура поверхности моря (SST) (http://iridl.ldeo.columbia.edu), усредненная по юго-западной (71–74° с. ш., 20–40° в. д.) и юго-восточной (69–73° с. ш., 42–55° в. д.) частям Баренцева моря, значительно снизилась в 2019 г. по сравнению с предыдущим годом, и ее среднегодовое значение было самым низким с 2011 г. (рис. 3.1.7). В течение большей части года температура поверхности моря в юго-западной части была близка к долгосрочному среднему значению (1982–2010 гг.); в июле, августе и ноябре были обнаружены небольшие негативные аномалии, равные −0,2, −0,3 и −0,1 °С соответственно; положительные аномалии более чем на 0,5 °С наблюдались только в январе, феврале и сентябре.

Температура поверхности моря в юго-восточной части превышала среднее значение на протяжении большей части года и была близка к нему только в июне, июле, ноябре и декабре, в то время как аномалии июля и ноября были слегка отрицательными (−0,1 и −0,2 °С соответственно). В юго-восточной части моря наибольшие положительные аномалии (> 0,8 °C) наблюдались в январе, апреле, мае и сентябре (рис. 3.1.7).

Рис. 3.1.7. Годовые (вверху) и месячные (внизу) аномалии температуры поверхности моря в западной и восточной частях Баренцева моря. Рис. 3.1.7. Годовые (вверху) и месячные (внизу) аномалии температуры поверхности моря в западной и восточной частях Баренцева моря.

Совместная российско-норвежская экосистемная съемка была выполнена в Баренцевом море в августе — сентябре 2019 г. Температура поверхности была в среднем на 0,7 °C выше долгосрочного среднего значения (1931–2010 гг.) на двух третях области съемки (рис. 3.1.8). Отрицательные аномалии (в среднем около −0,5 °C) наблюдались в основном в самой северной и юго-западной частях Баренцева моря. По сравнению с 2018 г. температура поверхности в 2019 г. была значительно ниже (в среднем на 1,1 °C) в большей части области съемки (~80 %), при этом наиболее сильное снижение (> 2 °C) наблюдалось в юго-восточной и юго-западной частях моря, а также к северу и востоку от архипелага Шпицберген (рис. 3.1.8).

Рис. 3.1.8. Температура поверхности (°C) в августе — сентябре 2018 г. (вверху слева) и 2019 г. (вверху справа), разница температур 2019 и 2018 г. (внизу слева, °C) и аномалии в августе — сентябре 2019 г. (внизу справа, °C). Рис. 3.1.8. Температура поверхности (°C) в августе — сентябре 2018 г. (вверху слева) и 2019 г. (вверху справа), разница температур 2019 и 2018 г. (внизу слева, °C) и аномалии в августе — сентябре 2019 г. (внизу справа, °C).

Арктические воды по-прежнему находились преимущественно в слое 50–100 м к северу от 77° с. ш. Температура на глубинах 50 и 100 м была выше долгосрочных (1931–2010 гг.) средних значений (в среднем на 1,1 и 0,7 °C соответственно) примерно в двух третях области съемки; при этом наибольшие положительные аномалии наблюдались на востоке, особенно на глубине 50 м (рис. 3.1.9). Отрицательные аномалии (в среднем около −0,4 °C) были обнаружены в основном в северной и юго-западной частях Баренцева моря; при этом наибольшие значения наблюдались на севере на глубине 100 м. По сравнению с 2018 г. температура на глубине 50 и 100 м в 2019 г. была ниже (в среднем на 0,9 и 0,7 °C соответственно) в большей части области съемки (80 и 85 % соответственно) с наибольшим снижением в северной части Баренцева моря на глубине 50 м; отклонения в положительную сторону наблюдалось главным образом в юго-восточной части моря (рис. 3.1.9).

Рис. 3.1.9. Температура на глубине 100 м (°C) в августе — сентябре 2018 г. (вверху слева) и 2019 г. (вверху справа), разница температур 2019 и 2018 г. (внизу слева, °C) и аномалии в августе — сентябре 2019 г. (внизу справа, °C). Рис. 3.1.9. Температура на глубине 100 м (°C) в августе — сентябре 2018 г. (вверху слева) и 2019 г. (вверху справа), разница температур 2019 и 2018 г. (внизу слева, °C) и аномалии в августе — сентябре 2019 г. (внизу справа, °C).

Придонная температура была в целом на 0,8 °C выше средней (за 1931–2010 гг.) в большинстве районов Баренцева моря (~70 % области съемки) с наибольшими положительными аномалиями на юго-востоке (рис. 3.1.10). Отрицательные аномалии (в среднем −0,8 °C) наблюдались главным образом в северной части моря с наибольшими значениями к востоку от архипелага Шпицберген. По сравнению с 2018 г. придонная температура в 2019 г. была в среднем на 0,7 °C ниже в 75 % области съемки с наибольшими отличиями на севере (рис. 3.1.10). Придонные воды были теплее (в среднем на 0,5 °C), чем в 2018 г., в основном в юго-восточной части моря.

Рис. 3.1.10. Придонная температура (°C) в августе — сентябре 2018 г. (вверху слева) и 2019 гг. (вверху справа), ее разница между 2019 и 2018 гг. (внизу слева, °C) и аномалии в августе — сентябре 2019 г. (внизу справа, °C). Рис. 3.1.10. Придонная температура (°C) в августе — сентябре 2018 г. (вверху слева) и 2019 гг. (вверху справа), ее разница между 2019 и 2018 гг. (внизу слева, °C) и аномалии в августе — сентябре 2019 г. (внизу справа, °C).

Поверхностная соленость была в среднем на 0,3 выше долгосрочного среднего значения (1931–2010 гг.) в основном в центральной и северной частях области съемки с наибольшими положительными аномалиями (> 0,8) в основном в северной части Баренцева моря (рис. 3.1.11). Отрицательные аномалии (в среднем около −0,3) наблюдались главным образом в западной, южной и юго-восточной частях моря с наибольшими значениями в некоторых районах на юго-востоке. В августе — сентябре 2019 г. поверхностные воды были в среднем на 0,4 менее солеными, чем в 2018 г., почти по всей области съемки (87 %) с наибольшими отклонениями в отрицательную сторону к востоку от архипелага Шпицберген и в юго-восточной части Баренцева моря (рис. 3.1.11).

Рис. 3.1.11. Соленость на поверхности в августе — сентябре 2018 г. (вверху слева) и 2019 г. (вверху справа), ее разница между 2019 и 2018 гг. (внизу слева) и аномалии в августе — сентябре 2019 г. (внизу справа). Рис. 3.1.11. Соленость на поверхности в августе — сентябре 2018 г. (вверху слева) и 2019 г. (вверху справа), ее разница между 2019 и 2018 гг. (внизу слева) и аномалии в августе — сентябре 2019 г. (внизу справа).

Соленость на глубине 50 и 100 м была ниже средней (1931–2010 гг.) (в среднем примерно на 0,1) в двух третях области съемки с наибольшими негативными аномалиями в юго-восточной части Баренцева моря (рис. 3.1.12). Положительные аномалии наблюдались главным образом в северо-западной части моря с наибольшими значениями к востоку от архипелага Шпицберген. В августе — сентябре 2019 г. воды на глубине 50 и 100 м были менее солеными (в среднем на 0,1), чем в 2018 г., в большей части области съемки (58 и 67 % соответственно) с наибольшими отличиями в отрицательную сторону на востоке области (рис. 3.1.12). Значительные отличия солености в положительную сторону (> 0,1) между 2019 и 2018 гг. наблюдались главным образом в северной части Баренцева моря и в прибрежных водах его юго-западной части. На глубине 100 м аномалии солености и различия менее 0,1 наблюдались примерно в 80 и 90 % области съемки соответственно (рис. 3.1.12).

Рис. 3.1.12. Соленость на глубине 100 м в августе — сентябре 2018 г. (вверху слева) и 2019 г. (вверху справа), ее разница между 2019 и 2018 гг. (внизу слева) и аномалии в августе — сентябре 2019 г. (внизу справа). Рис. 3.1.12. Соленость на глубине 100 м в августе — сентябре 2018 г. (вверху слева) и 2019 г. (вверху справа), ее разница между 2019 и 2018 гг. (внизу слева) и аномалии в августе — сентябре 2019 г. (внизу справа).

Придонная соленость была несколько ниже средней (1931–2010 гг.) в двух третях области съемки с наибольшими негативными аномалиями (> 0,1) в юго-восточной и самой северной частях Баренцева моря (рис. 3.1.13). В центральной части моря были обнаружены небольшие положительные аномалии, а аномалии более 0,1 имели место главным образом к югу и юго-востоку от архипелага Шпицберген, а также на мелководье в юго-восточной части моря. В августе — сентябре 2019 г. придонные воды были несколько менее солеными по сравнению с 2018 г. в большей части области съемки (80 %) (рис. 3.1.13). Наибольшие различия в отрицательную сторону (> 0,1) в придонной солености между 2019 и 2018 г. были в основном обнаружены в небольших районах к северу от границы Белого моря и полуострова Канин, а также к северу от острова Медвежий. Только прибрежные воды в юго-западной части Баренцева моря и воды вокруг архипелага Шпицберген были более солеными, чем в 2018 г. В целом аномалии и различия в придонной солености были небольшими (< 0,1) почти во всей области съемки (78 и 86 % соответственно) (рис. 3.1.13).

Рис. 3.1.3. Годовые (вверху) и месячные (внизу) аномалии ледового покрова в Баренцевом море. Рис. 3.1.3. Годовые (вверху) и месячные (внизу) аномалии ледового покрова в Баренцевом море.

Logo ICES